Книгорез

Делает чтение удобным


Выводить предложения с весом: Выделять жирным: Размер шрифта:
Обозначать вес оттенками серого

Научиться быть счастливым


СОДЕРЖАНИЕ | Следующая >>


§ Предисловие


Все мы живем для одной лишь цели — быть счастливыми; наши жизни такие разные, но такие похожие.

Анна Франк.

Я начал вести семинар по позитивной психологии в Гарварде в 2002 году. На него записались восемь студентов; двое очень скоро перестали посещать занятия. Каждую неделю на семинаре мы искали ответ на вопрос, который я считаю вопросом вопросов: каким образом мы можем помочь себе и другим — будь то отдельные индивидуумы, коллективы или общество в целом — стать счастливее? Мы читали статьи в научных журналах, проверяли разнообразные идеи и гипотезы, рассказывали истории из собственной жизни, огорчались и радовались, и к концу года у нас возникло более ясное понимание того, чему может нас научить психология в стремлении к более счастливой и полноценной жизни.

На следующий год наш семинар стал популярен. Мой наставник Филип Стоун, который первым познакомил меня с этой областью знаний и к тому же был первым из профессоров, кто стал преподавать позитивную психологию в Гарварде, посоветовал предложить лекционный курс по этой теме. На него записались триста восемьдесят студентов. Когда в конце года мы подводили итоги, свыше 20 % слушателей отметили, что «изучение этого курса помогает людям улучшить качество жизни». И когда я предложил его еще раз, на него записались 855 студентов, так что курс стал самым посещаемым во всем университете.

Такой успех едва не вскружил мне голову, но Уильям Джемс — тот самый, который более ста лет назад заложил основы американской психологии, — не дал мне сбиться с пути. Он вовремя напомнил о том, что нужно всегда оставаться реалистом и попытаться «оценить стоимость правды в звонкой монете эмпирики». Наличная ценность, в которой так нуждались мои студенты, измерялась не в твердой валюте, не в размерах успеха и почестей, а в том, что я позднее стал называть «всеобщим эквивалентом», поскольку это и есть та конечная цель, к которой устремлены все остальные цели, — то есть счастье.

И это были не просто отвлеченные лекции «о хорошей жизни». Студенты не только читали статьи и штудировали научные данные по этому вопросу, я еще просил их применять пройденный материал на практике. Они писали эссе, в которых пытались побороть страхи и размышляли над сильными сторонами своего характера, ставили перед собой амбициозные цели на ближайшую неделю и на ближайшее десятилетие. Я призывал их рискнуть и попробовать найти свою зону роста (золотую середину между зоной комфорта и зоной паники).

Лично я не всегда был способен найти эту золотую середину. Будучи от природы застенчивым интровертом, я чувствовал себя довольно комфортно в первый раз, когда проводил семинар с шестью студентами. Однако в следующем году, когда мне пришлось читать лекции почти четыремстам студентам, это, конечно же, потребовало от меня изрядного напряжения. А когда на третьем году моя аудитория более чем удвоилась, я не вылезал из панической зоны, особенно с тех пор, как в лекционном зале стали появляться родители студентов, их бабушки и дедушки, а потом и журналисты.

С того дня, как газеты «Harvard Crimson», а затем и «Boston Globe» растрезвонили о том, какой популярностью пользуется мой лекционный курс, на меня обрушилась лавина вопросов, и так продолжается до сих пор. Уже некоторое время люди ощущают новаторство и реальные результаты этой науки и не могут понять, почему так происходит. Чем можно объяснить бешеный спрос на позитивную психологию в Гарварде и в других университетских городках колледжа? Откуда взялся этот растущий интерес к науке о счастье, который стремительно распространяется не только в начальных и средних школах, но и среди взрослого населения? Не потому ли, что в наши дни люди сильнее подвержены депрессии? О чем это свидетельствует — о новых перспективах образования в XXI веке или о пороках западного образа жизни?

В действительности наука о счастье существует не только в западном полушарии, и зародилась она задолго до эпохи постмодернизма. Люди всегда и везде искали ключ к счастью. Еще Платон в своей Академии узаконил преподавание особой науки о хорошей жизни, а его лучший ученик, Аристотель, основал конкурирующую организацию — Лицей — для пропаганды собственного подхода к проблемам личностного развития. За сто с лишним лет до Аристотеля на другом континенте Конфуций переходил из деревни в деревню, чтобы донести до людей свои наставления о том, как стать счастливым. Ни одна из великих религий, ни одна из универсальных философских систем не обошла стороной проблему счастья, будь то в нашем мире или в загробном. А с недавних. пор полки книжных магазинов буквально ломятся от книг популярных психологов, которые к тому же оккупировали огромное количество конференц-залов по всему миру — от Индии до Индианы, от Иерусалима до Мекки.

Но при всем том, что обывательский и научный интерес к «счастливой жизни» не знает границ ни во времени, ни в пространстве, наша эпоха характеризуется некоторыми аспектами, не известными прежним поколениям. Эти аспекты помогают понять, почему спрос на позитивную психологию в нашем обществе столь высок. В Соединенных Штатах на сегодняшний день количество депрессий в десять раз выше, чем это было в 1960-х годах, а средний возраст наступления депрессии — четырнадцать с половиной лет, тогда как в 1960 году он составлял двадцать девять с половиной лет. Опрос, недавно проводившийся в американских колледжах, свидетельствует о том, что почти 45 % студентов «настолько подавлены, что им стоит большого труда справляться со своими повседневными обязанностями и даже просто жить». Да и другие страны практически не отстают в этом от Соединенных Штатов. В 1957 году 52 % жителей Великобритании заявляли, что они очень счастливы, тогда как в 2005 году таковых нашлось только 36 % — несмотря на то что на протяжении второй половины столетия британцы утроили свое материальное благосостояние. Наряду с быстрым ростом китайской экономики стремительно растет число взрослых и детей, которые страдают от нервозности и депрессии. Как заявляют в китайском министерстве здравоохранения, «состояние душевного здоровья детей и молодежи в стране действительно внушает опасения».

Одновременно с повышением уровня материального благосостояния растет и уровень подверженности депрессии. Несмотря на то что в большинстве западных стран, да и во многих странах на Востоке, наше поколение живет богаче, нежели их отцы и деды, счастливее от этого мы не становимся. Ведущий ученый в области позитивной психологии Михай Чиксентмихайи задается элементарным вопросом, на который не так-то просто найти ответ: «Если мы такие богатые, то почему мы такие несчастные?»

До тех пор пока люди свято верили, что полноценная жизнь немыслима без удовлетворения основных материальных потребностей, каким-то образом оправдать свое недовольство жизнью было не так уж трудно. Однако ныне, когда минимальные потребности большинства людей в пище, одежде и жилье уже удовлетворены, у нас больше не осталось общепринятых аргументов нашего недовольства жизнью. Все больше и больше людей пытаются разрешить этот парадокс — ведь складывается впечатление, что свою неудовлетворенность жизнью мы купили за свои же деньги, — и многие из этих людей обращаются за помощью к позитивной психологии.

Почему мы выбираем позитивную психологию?

Позитивная психология, которую чаще всего определяют как «науку об оптимальном функционировании человека» , была официально провозглашена самостоятельной отраслью научных исследований в 1998 году. Ее отец — президент американской Психологической ассоциации Мартин Селигман . Вплоть до 1998 года наука о счастье, то есть о том, как улучшить качество нашей жизни, в значительной степени была узурпирована популярной психологией. В те времена разразился самый настоящий бум семинаров и книг по этой тематике, которые иногда были по-настоящему интересны и пользовались в народе заслуженным успехом. Однако большинство таких книг (хотя далеко не все) были слишком легковесны. Они обещали пять простых путей к счастью, три тайны быстрого успеха и четыре способа встретить прекрасного принца. Как правило, ничего, кроме пустых обещаний, в них не было, и за эти годы люди разуверились в самой идее самосовершенствования с помощью книг.

С другой стороны, у нас есть академическая наука с ее статьями и исследованиями, вполне содержательными и способными ответить на вопрос по существу, но до обычных людей они не доходят. Как я понимаю, роль позитивной психологии должна заключаться в том, чтобы перекинуть мост между обитателями «башен из слоновой кости» и жителями какого-нибудь маленького американского городка, между строгостью академической науки и занимательностью популярной психологии. Такова же и цель этой книги.

Большинство книг о самосовершенствовании слишком много обещают и слишком мало дают, потому что написанное в них не подвергалось строгой научной проверке. И наоборот, идеи, которые появляются в научных журналах и которые прошли большой путь от концепции до публикации, как правило, намного более содержательны. Авторы этих трудов обычно не столь претенциозны и не дают такого огромного количества обещаний — да и читателей у них поменьше, — но зато они чаще всего выполняют обещанное.

И тем не менее, поскольку позитивная психология перебрасывает мост между башней из слоновой кости, где живут профессора и академики, и миром простых людей, то даже самые трезвые научные рекомендации позитивных психологов — в виде книг, лекций или статей, выложенных в интернете, — зачастую воспринимаются как исходящие от какого-нибудь гуру популярной психологии. Эти сведения просты и доступны — ну совсем как популярная психология, — однако их простота и доступность носят совершенно иной характер.

Судья Верховного суда Оливер Уэнделл Холмс как-то заметил: «Я не дам и ломаного гроша за простоту по эту сторону сложности, но за простоту по ту сторону сложности я готов отдать жизнь». Холмса интересует только та простота, которая приходит после долгих поисков и исследований, глубоких размышлений и тщательных проверок, а вовсе не та, которая содержится в беспочвенных банальностях и импровизированных спичах. Позитивным психологам пришлось очень глубоко копать, прежде чем они очутились по ту сторону сложности, вооруженные доходчивыми мыслями, практичными теориями, а также простыми методиками и удобными подсказками, которые помогают достичь намеченной цели. Это хитроумный трюк. За много столетий до Холмса прославленный мыслитель Леонардо да Винчи остроумно заметил, что «простота — это верх изощренности». Пытаясь извлечь квинтэссенцию счастливой жизни, позитивные психологи — бок о бок с философами и специалистами в других отраслях социальных наук — затратили массу времени и усилий, чтобы достичь этой простоты по ту сторону сложности. Их идеи, о которых я частично рассказываю в этой книге, помогут вам жить счастливой, полноценной жизнью. Я по себе знаю, что это возможно, — ведь эти идеи в свое время помогли и мне.

Как пользоваться этой книгой.

Эта книга предназначена для того, чтобы помочь понять саму природу счастья, больше того — чтобы помочь стать счастливее. Но если вы будете просто читать ее (или, если уж на то пошло, любую другую книгу), то вряд ли добьетесь успеха. Я не верю в существование обходных путей, которые позволяли бы в один миг полностью все изменить, и если вы хотите, чтобы эта книга оказала реальное влияние на вашу жизнь, вам необходимо относиться к ней как к учебнику. Работая с ней, вам придется не только много размышлять, но и активно действовать.

Одного лишь бездумного скольжения глазами по тексту здесь явно недостаточно; необходимо обдумывать каждую фразу. С этой целью в книге предусмотрены специальные врезки с пометкой «Минута на размышление». Это сделано для того, чтобы дать вам возможность — и напомнить о необходимости — на несколько минут остановиться, поразмыслить над тем, что вы сейчас прочитали, и беспристрастно заглянуть в себя. Если же не делать перерывы, не брать минуту на размышление, то большая часть материала, изложенного в этой книге, скорее всего, останется для вас чистейшей абстракцией и очень быстро выветрится у вас из головы.

Помимо относительно коротких минут на размышление, которые разбросаны по всему тексту, в конце каждой главы есть и более длинные упражнения, чтобы заставить вас размышлять и действовать и таким образом помочь вам воспринять материал на более глубоком уровне. Вероятно, какие-то из этих упражнений придутся вам больше по душе, чем все остальные; например, может оказаться, что вести дневник для вас легче и удобнее, чем просто размышлять. Начинайте с тех упражнений, при выполнении которых вы будете себя чувствовать как рыба в воде, а как только они начнут приносить вам реальную пользу, постепенно расширяйте свой диапазон, подключая остальные упражнения. Если же какое-нибудь упражнение в этой книге не улучшает вашего самочувствия, просто не делайте его, а переходите к следующему. Основу всех этих упражнений составляют, на мой взгляд, лучшие методы коррекции, которые только могут предложить нам психологи, — и чем больше времени вы будете посвящать этим упражнениям, тем проще вам будет извлечь для себя пользу из этой книги.

Книга состоит из трех частей. В первой части, с первой по пятую главу, я рассуждаю о том, что же такое счастье и каковы необходимые составляющие счастливой жизни; во второй части, с шестой по восьмую главу, я рассматриваю вопрос о том, как воплотить эти идеи в жизнь — в учебе, в работе и в личной жизни; заключительный раздел состоит из семи медитаций, в которых я попробовал сформулировать кое-какие мысли о природе счастья и его месте в нашей жизни.

Первая глава начинается с рассказа о тех событиях и переживаниях, из-за которых я и отправился на поиски лучшей жизни. В следующей главе я, наперекор привычным представлениям, заявляю о том, что счастье не возникает ни из простого удовлетворения наших насущных потребностей, ни из бесконечной задержки удовлетворения. В этой связи рассматривается отношение к счастью гедониста, который живет лишь ради минутного наслаждения, и участника крысиных бегов, который откладывает все радости жизни на потом во имя достижения некоей будущей цели. В действительности для большинства людей не годится ни один из этих подходов, потому что в обоих случаях не принимается в расчет наша основополагающая потребность в том, чтобы любое дело, которым мы занимаемся, приносило нам ощутимую пользу и сейчас, и в будущем. В третьей главе на конкретных примерах я демонстрирую, почему для счастья нам необходимо обрести смысл и вместе с тем получить наслаждение — ощущать, что мы живем не напрасно, и в то же время испытывать положительные эмоции. В четвертой главе я доказываю, что в качестве всеобщего эквивалента, которым измеряется качество нашей жизни, нужно избрать не деньги и престиж, а счастье. Я размышляю над тем, как соотносятся между собой материальное благополучие и счастье, и задаю вопрос, почему, несмотря на беспрецедентный уровень материального достатка, такое огромное количество людей подвержены опасности духовного банкротства. В пятой главе делается попытка увязать идеи, представленные в этой книге, с уже имеющейся литературой по психологии существования. В шестой главе я начинаю применять теорию на практике и задаю вопрос, почему почти все ученики ненавидят школу. Затем я пытаюсь разобраться, что могут сделать родители и учителя, чтобы помочь ученикам быть одновременно счастливыми и успешными. На ваше рассмотрение представлены два радикально различных подхода к самому процессу обучения: обучение по типу утопления и по типу любовной игры. В седьмой главе подвергается сомнению общепринятое, но абсолютно ни на чем не основанное предположение насчет неизбежности компромисса между внутренним чувством удовлетворения и внешним успехом в работе. Я расскажу вам о методике, позволяющей заранее определить, какая работа могла бы служить для нас источником смысла и наслаждения и позволяла бы нам проявить свои сильные стороны. В восьмой главе рассматривается одна из важнейших составляющих счастья — личная жизнь. Я расскажу вам о том, что в действительности значит любить и быть любимым безусловно, почему этот вид любви столь необходим для счастья в личной жизни и каким образом безусловная любовь усиливает то наслаждение, которое мы получаем в других сферах жизни, и придает нашему существованию дополнительный смысл.

В первой медитации, которая открывает заключительную часть книги, я рассуждаю о том, как соотносятся между собой счастье, эгоизм и альтруизм. Во второй медитации впервые вводится в обиход такое понятие, как «отдушины», — любые занятия, способные служить для нас источником смысла и наслаждения, что оказывает самое непосредственное воздействие на суммарный уровень нашего душевного благосостояния. В третьей медитации я позволяю себе усомниться в бытующем представлении о том, что присущий нам уровень счастья якобы предопределен строением наших генов или событиями раннего детства и его нельзя изменить. В четвертой медитации мы будем искать способы преодоления некоторых психологических барьеров — тех внутренних ограничений, которые мы зачастую сами на себя налагаем и которые мешают нам жить полноценной жизнью. В пятой медитации мы попробуем провести мысленный эксперимент, который даст нам основание для дальнейших размышлений и ответов на стоящий перед нами «вопрос вопросов». В шестой медитации речь идет о том, каким образом наши попытки втиснуть все большее и большее количество дел во все меньшие и меньшие промежутки времени лишают нас какой бы то ни было возможности жить более счастливой жизнью. И наконец, заключительная медитация посвящена революции счастья. Я верю, что, если достаточное количество людей сумеют познать истинную природу счастья и начнут воспринимать его как всеобщий эквивалент, мы станем свидетелями небывалого расцвета не только счастья, но и добродетели в масштабах всего общества.


Основные фразы главы: источник смысла жизни, позитивная психология, стать счастливым, улучшить качество жизни

СОДЕРЖАНИЕ | Следующая >>

^ Наверх ^

Автор24