Книгорез

Делает чтение удобным


Выводить предложения с весом: Выделять жирным: Размер шрифта:
Обозначать вес оттенками серого

Непобедимый интроверт


<< Предыдущая | СОДЕРЖАНИЕ | Следующая >>


§ Вступление


Демократия не сможет выжить, если ее не будет направлять творческое меньшинство.

Харлан Ф.Стоун.

Помните, как в раннем детстве мы сравнивали пупки? Тогда считалось, что лучше быть «внутренником», чем «внешником». Никому не хотелось иметь торчащий пупок, и я радовалась, что мой сидит внутри живота.

Позже, когда слово «внутренник» у меня в голове заменилось словом «интроверт», а «внешник» трансформировался в «экстраверта», ситуация изменилась на противоположную. Экстраверт был «хороший». Интроверт — «плохой». И поскольку, как бы я ни старалась, мне не удавалось приобрести качества экстраверта, я стала думать, что со мной что-то не так. Мне многое было непонятно в себе. Почему я чувствовала себя подавленной в обстановке, вызывающей восторг у других? Почему, делая что-то вне дома, я чувствовала, как будто мне не хватает воздуха? Почему я ощущала себя рыбой, выброшенной из воды?

Почему «внешники» — культурный идеал нашего общества?

Наша культура высоко ценит и вознаграждает экстравертные качества. Американская культура зиждется на твердых устоях индивидуализма и важности высказывания гражданами своих мыслей. Мы ценим действие, скорость, конкуренцию и энергию.

Неудивительно, что люди обороняются против интровертности. Мы живем в условиях культуры, которая негативно относится к размышлениям и одиночеству. «Выходить из дома» и «просто делать» — вот идеалы нашей культуры. Социальный психолог д-р Дэвид Майерс в своей книге «Погоня за счастьем» говорил, что счастье — это вопрос обладания тремя качествами: высокой самооценкой, оптимизмом и экстравертностью. Д-р Майерс основывал свои выводы на тех исследованиях, которые «доказывали», что экстраверты «счастливее». Эти исследования исходили из того, что участники должны соглашаться пли не соглашаться с такими утверждениями, как: «Мне нравится быть с другими людьми» и «Другим со мной интересно». Интроверты описывали счастье не так, как экстраверты, поэтому возникло предположение, что они несчастны. Для них заявления типа «Я знаю самого себя», или «Мне хорошо в том качестве, в каком я есть», или «Я свободен идти собственным путем» являются признаками удовлетворенности. Но их реакции на подобные утверждения не спрашивали. Должно быть, вопросы для этих исследований разрабатывал экстраверт.

Если подразумевается, что экстравертность — это естественный результат здорового развития личности, то интровертность не может быть не чем иным, как «опасной противоположностью». Получается, что интроверты не могут добиться соответствующей социализации. Они обречены на несчастье общественной изоляции.

Отто Крегер и Дженет Тесен — консультанты-психологи, в своей работе они пользуются Индикатором типов Майерс-Бриггс. В книге «О типе личности» они обсуждают незавидное положение интроверта: «Интровертов в три раза меньше. В результате они должны вырабатывать в себе дополнительные навыки, которые помогут им справиться с огромным давлением со стороны общества, требующего от них „соответствия“ всем остальным людям. Интроверт находится под давлением необходимости реагировать на внешний мир и соответствовать ему каждый день, практически с момента пробуждения».

Мне кажется, что следует немного выровнять игровое поле жизни. Экстраверты вовсю разрекламированы. Пришло время наконец, чтобы интроверты осознали, насколько они уникальны и необычны. Мы созрели для культурного сдвига в сознании в сторону признания интровертности. Мы можем перестать подстраиваться и соответствовать. Нам нужно ценить себя в том качестве, в каком мы есть. Эта книга призвана помочь нам добиться этого. В ней вы познакомитесь с тремя основными моментами: 1) как определить, интроверт вы или нет (возможно, вы удивитесь); 2) как понять и оценить преимущества, которыми обладает интроверт; 3) как с помощью многочисленных полезных советов и инструментов вы можете выпестовать собственную неповторимую натуру.

Со мной все в порядке, просто я — интроверт.

Что за приятный сюрприз — обнаружить наконец, как не одиноко может быть в одиночестве.

Эллен Берстин.

Когда мне исполнилось тридцать лет, я переменила профессию. Раньше я была библиотекарем в детской библиотеке, но потом меня увлекла психотерапия (как вы можете заметить, это два интровертных занятия, требующих навыков социального общения). Хотя многое было мне интересно в профессии библиотекаря, однако мне хотелось работать с людьми на личном уровне.

Помочь другим развиться, облегчить людям становление личности, чтобы они могли жить полноценной жизнью, — в этом я видела для себя достойную задачу. Учась в аспирантуре, я во второй раз столкнулась с феноменом интровертности, как с совершенно особым типом темперамента или образом жизни. Целью моей диссертации было проанализировать ряд тестов на определение типа личности. По ним получалось, что я интроверт. Меня тогда это очень удивило. При обсуждении результатов с преподавателями я подняла этот вопрос. Мне объяснили, что интровертность и экстравертность — противоположные концы некоего энергетического континуума. Наше местоположение на этом континууме предопределяет способ, которым мы черпаем энергию. Люди на интровертном конце континуума, чтобы зарядиться энергией, уходят в глубь себя. Те же, кто находится на экстравертном конце, обращаются за энергией к источникам извне. Фундаментальная разница в способах черпать энергию просматривается практически во всем, что мы делаем. Мои преподаватели подчеркивали положительные аспекты каждого темперамента и объясняли, что и тот, и другой нормальны — просто они разные.

Концепция разных требований к источникам энергии вызвала у меня соответствующий отклик. Я начала понимать, почему мне нужно побыть одной, чтобы «подзарядиться». Я перестала испытывать чувство вины за то, что время от времени хочу побыть без детей. И в конечном итоге эта концепция разбудила во мне понимание собственной нормальности: со мной все в порядке, просто я — интроверт.

Когда я начала глубже понимать сильные и слабые стороны интровертов, я стала меньше стыдиться самой себя. Узнав о соотношении экстравертов и интровертов — три к одному, — я поняла, что живу в мире, созданном для «внешников». Неудивительно, что я чувствовала себя, как рыба без воды. Я жила в море экстравертов!

Я также начала прозревать, почему так ненавижу эти объединенные совещания для персонала, на которых должна присутствовать каждую среду по вечерам в консультационном центре, где проходила интернатуру. Я поняла, почему редко выступаю на групповых обсуждениях и почему чувствую в голове туман, когда оказываюсь в помещении, где много людей.

Интроверт, живя в мире, приспособленном для экстравертов, испытывает постоянное давление. Психоаналитик Карл Юнг разработал теорию об интровертах и экстравертах, в которой высказывал предположение: нас влечет к противоположности, которая дополняет и усиливает недостающие нам качества, поэтому и привлекает нас. Он считал, что интровертность и экстравертность подобны двум химическим элементам: когда они образуют соединение, каждый трансформируется под воздействием другого. Он также предполагал, что в соединении с противоположным темпераментом мы естественным образом начинаем ценить те качества другого типа личности, которых недостает нам самим. Эта концепция применима не ко всем, но она, безусловно, подтверждается, когда речь идет о моем браке продолжительностью в тридцать восемь лет.

Сначала мой муж, Майк, не понимал интровертности во мне, а я не могла вникнуть в суть его экстравертности. Вспоминаю, как мы вдвоем поехали в Лас-Вегас. Это случилось сразу после нашей свадьбы. Я брела через залы казино, в голове было пусто. Разноцветная пляска цветов и огней ослепляла меня. Металлическое звяканье монет в жестяных ящиках доносилось со всех сторон и тяжелым молотом било меня по голове. Я все спрашивала Майка: «Когда же мы дойдем до лифта?»

(Это такая хитрость в Лас-Вегасе: вас заставляют пройти через лабиринт комнат со сверкающими автоматами, окутанных табачным дымом, прежде чем вы доберетесь до лифта и попадете к себе в номер — оазис спокойствия и тишины.) Мой муж, экстраверт, был готов крутиться и вертеться там часами. Щеки у него порозовели, глаза сверкали — чем больше шума и действия, тем больше он возбуждался. Он не понимал, почему я стремилась скорее попасть в номер. А я стала зеленой, будто объелась гороха, и чувствовала себя, как та форель во льду, которую я видела однажды на прилавке рыбного рынка. Но рыба-то, по крайней мере, лежала.

Когда я проснулась, на постели были разложены двести серебряных долларов — их выиграл Майк. Все-таки экстраверты очаровательны. И они хорошо дополняют нас, интровертов. Они помогают нам выходить из дому, людей посмотреть, себя показать. А мы помогаем им замедлить бег.

Почему я написала эту книгу.

Вперед, чтобы увидеть свет вещей. Природа будет вам Наставницей.

Уильям Вордсворт.

Однажды мы с Джулией, моей клиенткой-интровертом, устроили «мозговую атаку». Мы разрабатывали варианты проведения ею учебных семинаров. «Я в ужасе от одной мысли об этом», — призналась она. Мы придумали в помощь ей целый ряд стратегий, но, когда Джулия собралась уходить, она опустила голову и напряженно заглянула мне в глаза. «Все-таки, знаете, я терпеть не могу это ля-ля», — сказала она. Господи, как будто я предлагала ей стать светской сплетницей. «Знаю, — ответила я. — Сама ненавижу все это». Мы обе понимающе вздохнули.

Закрывая дверь кабинета, я подумала о том, как сама боролась с интровертностью. Перед глазами у меня проходили лица всех тех клиентов, с которыми я работала столько лет. Я размышляла о том, как сам факт принадлежности человека к интровертному или экстравертному концу континуума влияет на всю его жизнь. Я выслушивала клиентов, обвиняющих себя в том, что у них есть качества, которые им не нравятся, и думала, как жаль, что они не понимают — в этом нет ничего неправильного. Они просто интроверты.

Я вспомнила, как впервые отважилась сказать клиентке: «Думаю, что вы интроверт». Ее глаза тогда раскрылись от изумления. «Почему вы так думаете?» — спросила она. И я объяснила ей, что интровертность — это совокупность качеств, с которыми мы появляемся на свет. Речь не идет о том, что интроверт не любит людей или застенчив. На ее лице проступило облегчение. «Вы хотите сказать, что я такая по какой-то определенной причине?» Поразительно, сколько интровертов не догадываются о собственной интровертности.

Обсуждая свои идеи в отношении интровертности с другими терапевтами, я с удивлением обнаружила, что далеко не все действительно понимают основную теорию интровертности. Они воспринимают это свойство личности с точки зрения какой-то патологии, а вовсе не как тип темперамента. Когда я защищала диссертацию на степень психоаналитика по этому предмету, я была очень тронута той невероятной реакцией, с которой она была встречена. Меня до слез взволновали замечания со стороны моих коллег.

«Я теперь воспринимаю своих пациентов с позиций континуума экстраверт/интроверт, — сказала одна из них. — Такой подход помогает мне понять тех, кто более интровертен, и не считать особенности их личности какой-то патологией. Я теперь понимаю, что смотрела на них сквозь очки экстраверта».

Я знаю, что чувствуют те, кто стыдится быть интровертом. А перестать стараться быть тем, кем не являешься, — большое облегчение. Когда я сопоставила эти два момента, я поняла, что должна написать книгу, чтобы помочь людям понять интровертность.

Как я писала эту книгу.

Спокойные нередко проницают истины.

Мелкие ручейки звонко шумят.

Тихие воды текут глубоко.

Джеймс Роджерс.

Многим интровертам кажется, что они недостаточно знают о каком-то предмете, до тех пор, пока не узнают о нем практически все. Именно так я и подошла к своему проекту. Причин для такого подхода три: во-первых, интроверты в состоянии представить размах знаний по тому или иному предмету. Во-вторых, они по собственному опыту знают, что бывает, когда голова не работает, поэтому, пытаясь избежать этого ужасного момента пустоты в голове, они перерабатывают как можно больше информации по заданной теме. И, в-третьих, поскольку они не часто высказывают свои мысли вслух, они не имеют возможности получать обратную информацию, которая помогла бы им оценить истинный масштаб своих знаний.

Много лет я работала с интровертами и детально изучила все, связанное с интровертностью, но мне тем не менее хотелось получить информацию о том, каковы результаты новых исследований в области физиологии и генетики интровертной психики. Для меня, как для бывшего библиотекаря, первым шагом было, естественно, отправиться в биомедицинскую библиотеку. Распечатав список названий, я с удивлением обнаружила, что по моей теме нашлось более двух тысяч названий — речь шла об исследованиях в области личности, темперамента, нейрофизиологии и генетики. Большинство исследований проводилось в странах Европы, где интровертность воспринимается в большей степени как заложенная генетически форма темперамента. В главе 3 я буду рассматривать некоторые из исследований, которые объясняют интровертность с точки зрения генетической и физиологической данности.

Вторым моим шагом было проверить Интернет — там должно проявиться немало «внутренников». Я обнаружила семьсот сайтов на тему об интровертности. Многие сайты имеют отношение к Индикатору личности Майерс-Бриггс, широко распространенному тесту, основанному на четырех аспектах темперамента. Первый и наиболее статистически веский из них — это континуум интровертности/экстравертности. Самая сильная сторона этого, разработанного Изабел Майерс и Катариной Бриггс и основанного на первоначальной теории Юнга, теста состоит в том, что он не считает патологией ни один из существующих типов личности. Он скорее обращается к внутренним предпочтениям человека. Интровертность включена также в сайты об одаренности, поскольку между интровертностью и умом существует несомненная корреляционная связь. А также, если вам интересно, есть рок-группа под названием «Интровершн» — график ее выступлений вы можете посмотреть в Интернете.

Исследования, проведенные в библиотеке и Интернете, были очень полезны и интересны, но больше всего об интровертности я узнала из собственного опыта и из опыта моих клиентов, а также от людей, у которых брала интервью для этой книги. Я побеседовала более чем с пятьюдесятью людьми самых разных профессий, в том числе с писателями, министрами, врачами, историками, учителями, артистами, студентами колледжа, исследователями и профессиональными программистами (их имена и некоторые личные подробности изменены). Многие из этих людей пользовались Индикатором типов Майерс-Бриггс, так что они знали о том, что они «внутренники».

Несмотря на то что каждый выбирал себе профессию в соответствии с какими-то особыми критериями, получилось, что многие и них принадлежали к классу консультантов, по терминологии д-ра Элейн Арон, — людей, которые работают самостоятельно, бьются над решениями, людей, которым приходится учиться, как ставить себя на место других и общаться с людьми. Это творческие, умные, вдумчивые люди с развитым воображением. Они — наблюдатели. Их работа часто влияет на судьбы других людей, и они отличаются мужеством и способностью видеть далеко вперед и высказывать непопулярные вещи. Д-р Арон в своей книге «Высокочувствительная личность» утверждает, что другой класс, класс воинов, — это делатели нашего мира, и они нуждаются в советниках, которые подсказали бы им, что делать, а советникам нужны воины, чтобы предпринимать действия и осуществлять все, что необходимо. Многие теоретики считают, что только 25 процентов населения составляют интроверты — их нужно не так много, как делателей.

Во время бесед со мной люди нередко критиковали себя за интровертные качества. Особенно часто это случалось с теми, которые не знали, что они интроверты. Их приводил в смятение тот факт, что другие игнорируют их, не замечают. Зная, что интровертам нужно некоторое время обдумывать свои переживания, я звонила им снова только через несколько недель и спрашивала, каковы их мысли и чувства, появились ли новые соображения, не хотят ли они что-нибудь добавить.

Я с удивлением и воодушевлением обнаружила, что после наших бесед они чувствовали себя намного лучше и лучше понимали себя. «Узнав, что мой мозг устроен по-другому и что я живу в море экстравертов, я чувствую себя спокойнее, будучи тем, кто я есть», — замечали многие из них. Научное доказательство в форме научного исследования, свидетельствующего о возможности быть другим, подтверждающее нормальность этого, — мощное средство избавления от чувства вины, стыда и других негативных эмоций, которые развились в людях в отношении самих себя. Полученный опыт еще больше укрепил мою решимость опубликовать эту книгу.

Я написала ее в основном для интровертов. Я хочу, чтобы «внутренники» поняли, что их временами непонятный темперамент базируется на важных факторах. Я также хотела бы, чтобы они знали, что не одиноки.

Тем не менее, есть две важные причины, по которым экстравертам следует прочитать эту книгу. Во-первых, они могут почерпнуть кое-какие сведения о тех таинственных интровертах, с которыми им приходится сталкиваться в жизни. Во-вторых, экстравертам, особенно когда они достигают среднего возраста, необходимо уравновешивать появившиеся физические возрастные ограничения посредством развития своего созерцательного «я». И эта книга может научить их по-другому смотреть на интровертов и поможет развить в себе другие, ориентированные на размышление, стороны своей личности.

Читайте как хотите.

Нет мебели роскошнее, чем книги.

Сидни Смит.

Поскольку интроверты часто думают, что с ними что-то не так, они стараются выяснить, как им «исправиться». Правильный путь в экстравертном мире не всегда будет правильным для «внутренников». Поэтому читайте эту книгу от корки до корки или заглядывайте в любое место, как вам нравится. Научиться разбивать новую информацию на маленькие кусочки — это один из способов справиться с ощущением перевозбуждения. Под этим я подразумеваю физическое и ментальное ощущение, когда чего-то «чересчур», некое чувство заведенное, как у автомобиля со слишком высокими оборотами. Вы больше не в силах воспринимать дополнительные раздражители.

Эта книга состоит из отдельных кусочков. Вы можете читать главу за главой. Или можете дать ей раскрыться самой и просто прочитать ту страницу, на которой она раскрылась. Лично я люблю читать книги с конца. Эта привычка шокирует некоторых моих друзей. Пользуйтесь этой книгой так, как вам нравится, это будет только лучше для вас. Не забывайте, цель моей книги — быть вашей помощницей.

Если информация, которую вы найдете в той или иной главе, покажется вам важной, замечательно. Если что-то будет для вас не столь существенным, тоже не страшно. Эта книга — инструмент вашего познания собственной личности и тех интровертов, которых вы, возможно, знаете. Игра нужна для того, чтобы образовалось свободное пространство для чего-то нового. Эта книга, как жизнь, предназначена для того, чтобы с ней играли.

Когда вы постигнете собственную интровертность (или интровертность близкого вам человека), вы почувствуете, какое это облегчение. Так вот оно что! Вы не странная личность, не безнадежны, не одиноки! В этом море есть другие интровертные рыбы.

Эта книга поможет вам научиться заряжать свои батареи. Вы сможете составить план работы на каждый день — возможно, не такой, как у экстравертов, но такой, который работает для «внутренника». Радуйтесь, что вы интроверт.

О чем поразмышлять.

• 75 процентов людей — экстраверты.

• Интровертность влияет на все сферы жизни.

• С вами все в порядке.

• Интроверты чувствуют себя опустошенными и перевозбужденными.

• Быть интровертом — это преимущество, которое стоит отпраздновать.


Основные фразы главы: интровертность и экстравертность, тип личности

<< Предыдущая | СОДЕРЖАНИЕ | Следующая >>

^ Наверх ^

Напишем